2022-10-20 Стояние на Угре
17 октября 1480 г. произошло важное событие отечественной истории - родилась та Россия, в которой мы живём. Начало стояния на реке Угре положило конец татаро-монгольскому игу.
В плане особенных подвигов, достойных песен и былинУгра не идёт ни в какое сравнение с Куликовым полем. Единственным подвигом стало вдумчивое планирование одной из крупнейших военно-политических операций средневековья. И здесь все лавры заслуженно принадлежат великому князю московскому Ивану III.

После громкой победы на Куликовом поле русские княжества еще целое столетие находились в ордынской зависимости, и только события осени 1480 года решительно изменили ситуацию. Два войска сошлись на реке Угре. Когда же сражение было закончено, Россия (именно Россия, уже не Русь, — новое название нашего государства встречается в источниках с XV века) окончательно освободилась от того, что мы привыкли называть монголо-татарским игом. Две даты, 1380 и 1480 годы, символизирующие начало и завершение последнего этапа в борьбе за русскую свободу от чужеродной власти, оказались плотно связанными в исторической памяти.
Судьбоносные события 1480 года оценивали и современники, и ученые потомки. Старинные летописцы назвали их светлой бескровной победой, подчеркивая благой способ ее достижения — одоление Ахмата потому и «светлое», что добыто без крови, а главное — привело к концу «темной» и затянувшейся зависимости от ордынских властителей. А уже в новые времена историки, на которых произвел впечатление рассказ о длительном противостоянии двух армий, разделенных неширокой замерзавшей рекой, придумали формулу «Стояние на Угре».
С течением времени напряжение в ставках противников нарастало, и, видимо, в середине сентября 1480 г. хан решил переместиться на левый берег верхней Оки. Этим он хотел добиться двух целей: вплотную приблизившись к тогдашней литовской территории, быстро и окончательно прояснить вопрос о союзнической подмоге польско-литовского короля Казимира и главное — найти с помощью местных жителей дорогу для скрытого обхода московских войск. Именно тогда ордынцы и появились под Любутском, прощупывая в очередной раз оборону русской армии. Вероятно, Ахмат к тому времени уже догадывался об ответе на один из своих вопросов: литовцы не явятся.
Русское командование быстро узнало о перемещении ордынцев на север и оценило риск их прорыва через Угру. Где-то в середине двадцатых чисел сентября Иван III приказал перевести почти все наличные силы во главе с Иваном Молодым, князем Дмитрием Холмским (выдающимся воеводой того времени) и Андреем Меньшим на левый берег маленькой речки, а сам 30 сентября появился в Москве.
По сообщениям летописей, Иван III прибыл в Москву на совет с матерью, иерархами и остававшимися в столице боярами 30 сентября. Ждали его и послы от братьев. Вчерашние мятежники, не сумевшие договориться с псковичами об обороне Пскова от Ливонского ордена, в ситуации грозного нашествия почли за благо примкнуть к старшему в роду в обмен за земельные придачи. Прекращение конфликта сладилось быстро, и ближайшие родичи державного поспешили к Угре со своими отрядами.
В итоге общий совет из всех находившихся в городе авторитетных духовных и светских лиц рекомендовал князю продолжить противостояние, усилив армию на Угре подкреплениями и главное — личным присутствием. И вот уже великий князь с новыми отрядами направляется к Кременску.

Наступала последняя фаза противостояния. Еще 3 октября главные русские силы завершили передислокацию и заняли позиции на протяжении 50—60 километров по левому берегу Угры. У них было еще 3— 4 дня для подготовки к бою. Угра заметно уже Оки, течение ее быстро, а в ряде мест русло зажато обрывистыми склонами. Ордынцам было труднее развернуть тут многочисленную конницу, но если к кромке воды одновременно выходили несколько отрядов, сама переправа через водный рубеж не должна была надолго задержать войска. Впрочем, теоретические выкладки перестали быть актуальными 8 октября, когда ордынцы пошли в общее наступление, с тем чтобы, форсировав реку, навязать русским решающий бой. Описания этого маневра в летописях необычайно скупы, что вполне объяснимо: в октябрьские дни 1480 года на Угре историографов не было, так что записи велись со слов участников той сечи — много лет спустя.
Имело место и еще одно новое обстоятельство, потребовавшее немалых организационных усилий: впервые в истории русские шли на войну с полевой артиллерией. Стало быть, в походе участвовали специальные группы лиц, отвечавших за транспортировку тяжелых пушек и пищалей. Значит, менялись и критерии для выбора места сражения при обороне водного рубежа — теперь надо было учитывать возможности артиллерии.
Отмечается, во-первых, точность стрельбы из пушек и луков русскими и… полный провал хваленых ордынских лучников. Скорее всего, артиллерия произвела еще и большой психологический эффект. Вторая примета сражения — необычайная длительность: только первая его фаза продолжалась четыре дня, причем на нескольких участках одновременно. Третья особенность — удачная, как выяснилось, диспозиция русских, у которых было время ее продумать. Оттеснить от реки московитян, прорвать их фронт, обратить в бегство Ахмату не удалось, и после 11 октября он вынужденно прекратил наступление. Через некоторое время была, правда, предпринята последняя попытка прорваться на левый берег реки под Опаковом, но и эта стычка завершилась для ордынцев неудачно. В эти же дни Иван III пришел в Кременск, отправив приведенные подкрепления к Угре. Отныне неуклонно у одной из противоборствовавших сторон крепло ощущение близкой победы (в середине двадцатых чисел в Кременск прибыли еще и Ивановы братья с войсками). Другая же сторона падала духом и страдала от непривычно долгого ведения военных действий на чужой земле в условиях грядущей зимы.
На этом фоне начались переговоры. До сих пор не вполне ясно, кто проявил инициативу. Поначалу хан, как водится, потребовал по максимуму: личного приезда великого князя и, конечно, большой дани. Последовал отказ. Тогда Ахмат пожелал, чтобы приехал хотя бы сын и соправитель Ивана III, Иван Молодой, но и это «пожелание» не исполнилось. Ахмат попробовал в свою очередь «пригрозить» скорой зимой, когда «реки все станутъ, ино много дорог будеть на Русь». И правда: 26 октября река стала покрываться льдом, и русские отряды по приказу великого князя организованно отошли к Боровску. Так казалось целесообразнее: по мнению державного князя и воевод, именно на тех полях было выгоднее дать генеральное сражение в условиях холодов.
Российский историк С.М. Соловьев так отмечает: «Все эти причины можно принять вместе: Казимир не приходил на помощь, лютые морозы мешают даже смотреть, и в такое-то время года надобно идти вперед, на север, с нагим и босым войском и прежде всего выдержать битву с многочисленным врагом, с которым после Мамая татары не осмеливались вступать в открытые битвы; наконец, обстоятельство, главным образом побудившее Ахмата напасть на Иоанна, именно усобица последнего с братьями, теперь более не существовало».
Отряды Ахмата ушли с Угры 11 ноября, не дождавшись помощи Казимира. Ахмат разграбил территории в верховьях Оки (Одоев, Белев, Мценск). Не добрались до Ивана — хоть вероломному союзнику отомстили… Так завершилось «стояние на Угре».
Иван III Васильевич был последним великим князем, получившим санкцию на княжение в Орде, и первым сбросившим власть хана. А общество оказалось готовым к решительной схватке, «незаконными» были уже не временщики-правители, ими стали сами ханы-чингизиды. Их власть над православным государем отныне стала незаконной, нетерпимой. Так протянулась нить одной судьбы, одной великой задачи — от Непрядвы до Угры.
Распустив в Боровске по домам главные силы, в конце ноября 1480 года великий князь с сыном, братьями, воеводами и двором вернулся в столицу. Последовали молебны и церемонии, впрочем, не особенно помпезные — наступил Рождественский пост. Значимость случившегося осознавали многие. Отгремели пиры, получили обещанные придачи братья державного князя — Андрей Большой и Борис. Особые же радости выпали Ивану III: к весне пришла весть, что Ахмат убит, а в октябре 1481-го супруга подарила ему третьего сына, Дмитрия. Но были и следствия, отозвавшиеся через несколько лет, а порой — через десятилетия. Господство Орды не просто затормозило — отбросило назад поступательное развитие страны. После 1480 года ситуация разительно изменилась. Конечно, отношения с Римом, Венецией, Тевтонским орденом завязались еще в 1460— 1470-е годы, но теперь Россия вступает в плотный дипломатический диалог почти с двумя десятками государств — старых и новых партнеров, и среди них многие были готовы «дружить против» Ягеллонов (прежде всего Казимира) и притом признать «законность» претензий Москвы на Киев и земли «православных русских» в Литве, а также принять титулы московского государя. А эти титулы, использовавшиеся московскими дипломатами, фиксировали равенство Ивана III по статусу с ведущими монархами Европы, включая императора, что означало признание суверенитета России в привычных тогда международных формах.
Существовали и практические следствия: две русско-литовские войны в конце XV — начале XVI века более чем на четверть уменьшили территорию Литвы и раздвинули границы России. Не менее весомый результат принесла и восточная политика — с 1487 года в течение почти 20 лет московский государь «сажал из своей руки» ханов на трон в Казани. Окончательно подчинилась Вятка, и на исходе столетия прошел первый «московский» поход за Урал. Как бы между делом в 1485 году в состав государства вошло Великое княжество Тверское (его князь бежал в Литву). Под полным политическим и военным контролем Москвы находились Псков и Рязанское княжество.
Последняя треть XV века — время экономического подъема страны, эпоха становления суверенного Российского государства: в феврале 1498 года по решению Ивана III на «великие княжения» (Московское, Владимирское и Новгородское) был венчан в качестве его соправителя и наследника Дмитрий-внук, сын умершего в 1490 году великого князя Ивана Молодого. С тех пор верховная власть передавалась по наследству и единственным источником ее легитимности являлся правящий монарх.
Истоки России как государства, уходящего из Средневековья в раннее Новое время, лежат в стране, обретшей себя после событий 1480 года. Можно порадоваться и прямым плодам победы. В 1382 году, после Куликовской битвы, Москва была разорена и сожжена, в кремлевских храмах сгорели сотни книг, а погибших москвичей хоронили в общих «скуделицах». В 1485 году началась фундаментальная перестройка всего Кремля. Всего за двадцать с небольшим лет бывший белокаменный средневековый замок превратился в резиденцию монарха могучего государства с мощными укреплениями, полным набором дворцовых каменных зданий, центральных учреждений, кафедральных и придворных соборов. Эта грандиозная стройка, потребовавшая больших расходов, осуществилась во многом благодаря победе на Угре, после которой Россия окончательно освободилась от выплаты дани. А если добавить могучий подъем искусств, культуры в целом, пришедшийся на конец XV века, вывод однозначен: исторические следствия победы на Угре огромны.
Историки спорят о том, где же на Угре было Стояние. Называют и район под Опаковым городищем, и село Городец, и место слияния Угры с Окой.
Во время празднования 500-летия стояния на реке Угре в 1980 году на берегу легендарной реки был открыт памятник в честь знаменательного события российской истории, произошедшего в 1480 году в пределах Калужского края. (Стояния на реке Угре в 60 вёрст (64 км) начинается в Смоленской области и заканчивается в Калужской области).
Владычество татаро-монголов на Руси длилось более двух веков. Конец ему положило правление Ивана III, которому в ноябре 2017 года в Калуге Российское военно-историческое общество установило памятник.
